Когда Коперник поместил Солнце в центр Солнечной системы

Когда Коперник поместил Солнце в центр Солнечной системы, это казалось тогда революционным поворотом. Но Коперник был не первым, кто нарисовал подлинную картину мира — он лишь открыл заново то, что было уже известно в древности. Вполне возможно, что Коперник почерпнул свои знания непосредственно из древних источников, поскольку, без сомнения, крупицы древних знаний сохранились, будучи загнаны в подполье — в тайные религиозные традиции. Так, например, в иудейской религиозно-мистической книге, Каббале, в ее основной части, относящейся к XIII веку, Захар, вполне ясно говорится, что Земля вращается вокруг собственной оси:

«Вся Земля вращается, поворачиваясь как шар. Когда одна ее сторона внизу — другая вверху. Когда для одной стороны свет, для другой — тьма. Когда на одной стороне день, на другой — ночь».

Источником для Захара были труды Рабби Хамнуна, жившего в III веке.

В другом древнем повествовании — индийской поэме «Вишну Пурана» — повторялись мотивы древней традиции о том, что «Солнце всегда находится на одном и том же месте», а в поэме «Сурья Сиддханта» Земля описывается как «шар в пространстве».

В VI веке до РХ Пифагор учил своих учеников, что Земля — это шар. В V веке до РХ ионийский философ Анаксагор объяснял, что во время солнечного затмения Луна заслоняет Солнце, а во время лунного затмения на Луну падает тень Земли. В III веке до РХ Аристарх Самосский пришел к заключению, что Земля вращается вокруг Солнца, а географ Эратосфен, используя геометрию и астрономические знания, высчитал окружность Земли с погрешностью в 200 миль по сравнению с современными оценками. В Китае во II веке нашей эры Чан Хен уподоблял Землю «яйцу» и пояснял, что ее ось направлена в сторону Полярной звезды. И перечень таких примеров можно продолжать без конца.

Эти поразительные примеры древних знаний, разумеется, старательно заметали под ковер, потому что признание их неизбежно подняло бы вопрос о том, каким образом эти народы приобрели эти знания, и прежде всего — как шумеры могли получить такие совершенные познания в области астрономии, притом что в этот период не было никаких свидетельств интеллектуального развития.