В ноябре 1859 года

ОПАСНЫЕ ИДЕИ

В ноябре 1859 года Чарльз Дарвин выступил со своей чрезвычайно опасной идеей — что все живые существа развивались в процессе естественного отбора. Несмотря на то, что в книге Дарвина почти не было упоминаний о человеке, выводы были неизбежны, и это повлекло за собой такие радикальные изменения в самооценке человека, каких не происходило за всю обозримую историю. Дарвин в одно мгновение разжаловал человека из состояния божественно сотворенного существа в обезьяну, эволюционировавшую под действием бесстрастного механизма естественного отбора.

Эта идея представляла такую опасность для религиозных институтов, что в 1925 году школьный учитель из Теннесси Джон Скоупс был привлечен к суду по обвинению в том, что он преподавал в школе дарвиновскую новую «теорию эволюции». Состоялся шумный процесс, в котором тогдашние церковники одержали крупную победу. С тех пор дарвиновские идеи как будто даже взяли реванш. Не подлежит сомнению, что современные эволюционисты, возглавляемые такими учеными, как Ричард Докинс, сейчас побеждают в спорах. Эти ученые значительно усовершенствовали теорию Дарвина и ныне могут представить нам все более основательные свидетельства действия процесса естественного отбора. Приводя примеры из жизни животного мира, они развенчали полностью библейскую версию сотворения.

Но правы ли ученые, когда они применяют законы эволюции к двуногому существу, именуемому человеком? Сам Чарльз Дарвин был удивительно сдержан в этом вопросе, но его сотоварищ по открытию законов эволюции — Альфред Уоллес был более склонен к высказываниям по этому вопросу.

Composition with hardcover books. Literature and education.

Уоллес явно подозревал, что здесь не обошлось без какого-то вмешательства со стороны: он писал, что «какая-то разумная сила направляла или определяла развитие человека». За последующие сто лет наука не смогла опровергнуть утверждение Уоллеса. Антропологи потерпели полную неудачу в попытках найти ископаемые следы «недостающего звена» между обезьяной и человеком, а с другой стороны, наука признает чрезвычайную сложность таких органов, как человеческий мозг. Такое впечатление, будто наука описала полный круг и вернулась к исходному пункту, где многие ощущают некоторую неловкость, когда пытаются применить эволюционную теорию к Homo sapiens.